Современное слово «небинарный» описывает человеческую гендерную идентичность и не всегда напрямую переносится на древние религии. Но мифологии разных народов действительно знают существ, богов и героев, которые меняют пол, совмещают мужские и женские качества или не укладываются в привычную бинарную схему.
Важно не превращать это в список «древних небинарных знаменитостей». Значения меняются от культуры к культуре: где-то речь идет о божественной двойственности, где-то — о превращении, ритуальной роли, маскировке или поздней интерпретации. Ниже — девять примеров с необходимыми оговорками.
Асушунамир: существо, созданное для спасения Иштар
Ещё одна причина для осторожности — древние месопотамские тексты дошли в копиях и переводах, а слова, обозначавшие пол, социальную роль и культовый статус, не совпадают один к одному с современной терминологией. Перевод здесь всегда является интерпретацией.
В аккадском мифе Эа создаёт Асушунамира, чтобы проникнуть к Эрешкигаль и добиться освобождения Иштар. Точный смысл древнего обозначения персонажа спорен, поэтому современное слово «небинарный» здесь уместно лишь как осторожная аналогия. Надёжнее говорить о существе, которое в тексте нарушает привычное разделение мужского и женского и благодаря своей пограничности выполняет особую мифологическую функцию.
В аккадской версии нисхождения Иштар в подземный мир бог Эа создает Асушунамира, чтобы добиться освобождения богини. В переводах пол и статус этого персонажа передаются по-разному, а исследователи связывают эпизод с месопотамскими ритуальными специалистами, чьи гендерные роли не соответствовали обычным мужским нормам.
Поэтому Асушунамир — хороший пример древнего текста, где гендерная неоднозначность имеет сакральную функцию. Но называть персонажа «небинарным» в современном психологическом смысле было бы анахронизмом.
Дионис и нарушение гендерных границ
Важно и то, что античные изображения меняются по эпохам: архаический бородатый Дионис и поздний юный Дионис выглядят по-разному. Поэтому вывод о «гендере бога» нельзя строить на одном типе статуй.
Дионис нередко изображается более юным и андрогинным, чем герои воинского типа; его культ связан с театром, переодеванием и временным нарушением социальных ролей. В «Вакханках» мотив одежды становится частью сюжета. Но это не доказывает современную гендерную идентичность бога: для греков смешение признаков прежде всего подчёркивало его инаковость и способность разрушать обычный порядок.
Греческий Дионис регулярно изображается как бог, нарушающий социальный порядок: его связывают с экстазом, театром, переодеванием и размыванием привычных ролей. В литературе и искусстве его внешность может быть подчеркнуто мягкой или андрогинной.
Это не означает, что у древних греков существовала современная категория идентичности, совпадающая с нашей. Скорее Дионис показывает, что античная религия вполне могла использовать гендерную неоднозначность как часть образа божества.
Маву-Лиза: женское и мужское в одном божественном комплексе
У народа фон Маву и Лиза описываются как парное божество: Маву связывают с луной, прохладой и женским началом, Лиза — с солнцем, жаром и мужским. В разных записях они выступают то близнецами, то супругами, то аспектами единой силы. Поэтому формула «один небинарный бог» слишком упрощает местную религиозную логику.
В религии фон Западной Африки Маву и Лиза могут выступать как взаимодополняющая пара: Маву ассоциируется с луной и женским началом, Лиза — с солнцем и мужским. В некоторых изложениях они объединяются в составное божество Маву-Лиза.
Здесь особенно заметно отличие от индивидуальной гендерной идентичности. Речь идет о космологическом принципе дополнения и единства, а не о биографии одного человека.
Инари может изображаться по-разному
Культ Инари складывался столетиями и не имеет единственного обязательного образа. В разных святилищах и текстах ками может представляться мужчиной, женщиной, стариком или молодой богиней; лисы чаще являются посланниками Инари, а не самим божеством. Такая изменчивость важнее попытки присвоить Инари одну современную идентичность.
Японское ками Инари связано прежде всего с рисом, плодородием, хозяйственным благополучием и лисами-кицунэ. У Инари нет одного обязательного внешнего облика: в разных традициях божество представляли мужчиной, женщиной или в более неопределенной форме.
Такое разнообразие связано с синкретизмом японской религии и множеством локальных культов. Оно показывает, почему к богам часто плохо применимы жесткие человеческие категории.
Тонзурированный бог кукурузы майя
Так называемый Тонзурированный бог кукурузы известен прежде всего по классической майяской иконографии. Его украшения, пропорции и пластика могут казаться современному зрителю андрогинными, но майя кодировали молодость, красоту, плодородие и статус иначе. Поэтому внешний образ не позволяет напрямую восстановить «гендерную идентичность» персонажа.
Так называемый Тонзурированный бог кукурузы известен по классическому искусству майя. Его молодое, идеализированное тело и черты иногда описывают как андрогинные, а современная научная дискуссия рассматривает, как майя связывали красоту, плодородие и пол.
Однако внешний стиль изображения сам по себе не доказывает конкретную гендерную идентичность. Здесь корректнее говорить об иконографии, которая не совпадает с современными западными представлениями о подчеркнуто «мужской» внешности.
Афродита, Афродит и Гермафродит
В античности рядом с привычной Афродитой существовали локальные образы, соединявшие мужские и женские признаки, а миф о Гермафродите буквально строится вокруг телесного объединения. Эти сюжеты имеют разное происхождение и не образуют единой системы, но показывают, что греко-римская религиозная фантазия допускала божественные формы вне простой бинарной схемы.
Обычная Афродита в греческой религии — богиня. Но рядом с ее культом существовали фигуры, соединявшие мужские и женские признаки. Античные авторы упоминают Афродита (Aphroditus), а миф о Гермафродите — ребенке Гермеса и Афродиты — стал одним из самых известных сюжетов о телесном соединении полов.
Поэтому исходную формулировку «Афродита была небинарной» лучше заменить более точной: ее культ и связанные с ним мифы включали образы половой двойственности.
Батхала и филиппинские представления о поле
С Батхалой особенно легко повторить поздний интернет-пересказ. В ранних тагальских записях Батхала обычно описывается как верховное божество мужского рода. При этом доколониальные общества Филиппин действительно знали гендерно-вариативные роли, в том числе среди религиозных специалистов. Широкую культурную пластичность нельзя без дополнительных доказательств переносить непосредственно на Батхалу.
Батхала — верховное божество в ряде тагальских преданий — обычно описывается в мужском роде. Поэтому автоматически причислять именно Батхалу к небинарным фигурам неверно. Гораздо яснее тема гендерной двойственности проявляется в других доиспанских филиппинских божествах и ритуальных ролях, включая Лакапати, которого в источниках описывали с признаками обоих полов.
Этот пример полезен как напоминание: популярные списки часто смешивают соседние традиции и приписывают одному богу качества другого.
Арджуна как Бриханнала
Эпизод не стирает воинскую идентичность Арджуны: после раскрытия он снова действует как воин. Именно переход между ролями, а не постоянный современный ярлык, делает историю интересной.
В «Махабхарате» Арджуна проводит часть последнего года изгнания при дворе Вираты под именем Бриханнала, скрывая свою личность и обучая царевну танцу и музыке. Внутри эпоса это связано и с проклятием Урваши, и с необходимостью маскировки. Это важный пример смены социальной презентации, но не буквальное описание современной небинарной идентичности.
В «Махабхарате» Арджуна последний год изгнания проводит при дворе царя Вираты под именем Бриханнала и обучает принцессу танцам и музыке. Современные музеи и исследователи используют этот эпизод в разговорах о гендерной вариативности Южной Азии. Horniman Museum, например, рассматривает Бриханналу рядом с другими гендерно-трансформативными сюжетами.
При этом сюжет имеет конкретный контекст: Арджуна скрывает свою личность во время изгнания. Поэтому нельзя просто заменить сложную древнюю историю современной категорией без пояснения.
Радужный Змей: разные традиции, разные гендеры
Для аборигенных традиций особенно важно уважать ограничения на пересказ сакральных знаний: часть историй предназначена только для определённых сообществ или уровней посвящения. Универсальный интернет-список неизбежно упрощает этот контекст.
«Радужный Змей» — собирательное английское название множества традиций аборигенных народов Австралии. Имена, истории и характеристики предковых существ различаются: где-то они мужские, где-то женские, а где-то соединяют признаки. Поэтому нельзя превращать десятки культур в одну универсальную мифологию; конкретный смысл нужно искать в традиции соответствующего народа.
«Радужный Змей» — удобное английское собирательное название для целого ряда существ в традициях аборигенных народов Австралии. В разных сообществах эти существа имеют разные имена, истории и гендерные характеристики; нельзя считать их одной универсальной фигурой.
Именно вариативность делает пример интересным. В одной традиции персонаж может описываться как мужской, в другой — как женский или объединяющий признаки. Но уважительное изложение требует не сводить десятки отдельных культур к единой схеме.
В целом мифы показывают не то, что древние общества пользовались нашим словарем, а то, что представления о теле, поле и социальной роли никогда не были одинаковыми повсюду. Похожую осторожность полезно сохранять и при чтении библейской символики или материала о формировании библейского текста: поздние привычные категории легко принять за исходные.
Источники и дополнительный контекст: Larousse — Тиресий; JASSR — гендерные образы в «Махабхарате».
